Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
23:36 

я мучительно хочу тебя целовать. поэтому ухожу.
игра начинает шириться, расти, и вот уже в неё играют двое. это больше напоминает танцы на минном поле: когда каждый неверный шаг вызовет такой взрыв, который разорвёт осколочными в клочья всех, кто с этим повязан. окружающие отводят глаза, кашляют в кулак, и делают вид, что всё идёт так, как должно. и никто пока не суётся с ненужными вопросами и советами, будто бы незримо одобряя всё происходящее. "я хочу вас нарисовать. двоих, вместе". "я хочу целовать тебя, но ещё не время и не место". "я за вас", хотя никаких "нас" пока нет, и долго ещё не будет. но "родная" в каждом обращении, и зубами по загривку, и ледяными ладонями за шиворот. "без тебя уже всё будет не то. и они не те, и я не тот". и я решительно не понимаю, почему от меня зависит этот маленький мирок и его гармония. почему, глядя мне в глаза, он делает всё чётче и эффектнее, красуется передо мной, тянет к себе. среди этого водоворота девушек огромное количество красивых и замечательных, тех, кто будет кошкой ластиться, если он только протянет ладонь, а он смотрит в мои глаза. я отвыкла от этого всего за полтора года одиночества, я думала, что мне будут неприятны внимание и прикосновения. а мне тепло и хорошо, и пусть всё идёт своим чередом, и тянется столько, сколько нужно. я не хочу ни торопить, ни убегать. я расслабляюсь под этой рукой, и ничего больше не хочу.
будет сложно. будет ужасно сложно менять друг друга под себя, но меня, впервые, не страшат эти сложности. наверное потому, что это не одобряемый односторонний интерес, что был раньше, а обоюдное необъяснимое сумасшествие. два абсолютно разных мира, с разными принципами и ценностями, внезапно столкнулись в огне, и что-то такое зародилось в эпицентре. сносящее всё, что строилось годами, что ревностно защищалось и оберегалось. всё гибнет в этом костре, освобождая место новому. и впервые мне кажется, что я смогу говорить с человеком без страха быть непонятой и неуслышанной. потому что пока мне легко подбирать слова, которые находят отклик в чужой душе, и это кружит голову больше, чем высота.

говорите со мной обо всём.

23:05 

я мучительно хочу тебя целовать. поэтому ухожу.
смерть будет качать меня твоими руками. мне очень нужно, чтобы меня качали. (с)

21:19 

я мучительно хочу тебя целовать. поэтому ухожу.
письмо счастья
(Аля Кудряшева)

Девочка научилась расправить плечи, если взять за руку - не ускоряет шаг.
Девочка улыбается всем при встрече и радостно пьет текилу на брудершафт.
читать дальше

читаю:

Muzicons.com

@темы: #poetry_iamvise

22:30 

я мучительно хочу тебя целовать. поэтому ухожу.
"по городу бродят волки, почти притворившись псами", но воют всё так же, по-волчьему, и прямо под моими окнами. когда я стану большой, я не буду бояться их, потому что будет не больно.
я становлюсь старше с каждым годом, уже могу держать огонь голыми руками и улыбаться. всегда улыбаться. и не курить за компанию, даже когда наизнанку выворачивает от всего этого. и много чего ещё, что умеют взрослые и сильные.

22:53 

я мучительно хочу тебя целовать. поэтому ухожу.
когда ты только-только начинаешь думать, что жизнь твоя пришла в гармонию, и всё в ней уложилось так, как нужно - беги. потому что неминуемо настигнет тебя тот самый момент, когда вдруг осознаёшь, что на самом деле всё летит в пизду.
когда тебя с головой накрывает сраный тактильный голод с которым можно сделать ровно ничего, мягкими волнами сверху накатывает безосновательная весенняя депрессия, приправленная внезапной простудой и паническими атаками. и не помогает здесь ни огонь, ни отпуск, ни здоровая бабушкина еда и долгий сон, ни что-то ещё. потому что проблема в моей голове никуда не хочет уходить, и даже осознание её присутствия не мешает ей портить мне жизнь. я сознаю, что страдаю хернёй, и убеждаю себя, что нет никаких реальных поводов грустить и срываться на окружающих, но всё продолжает лететь в пизду.

"мне нужен напарник", "я верю в тебя", "ты ничего не боишься" - а потом железной щёткой реальности по голым нервам всё теми же руками, которые закручивают огонь вокруг меня в полюбившемся трюке. и я могу даже объяснить человеку свои кинестетичские порывы без риска быть непонятой, но то самое чувство поводка на шее, не смотря на всё, не отпускает ни на минуту. небогатый опыт прошлого говорит мне, что быть чьим-то цирковым медведем - не лучшая перспектива, и я честно стараюсь сопротивляться. выходит, конечно, паршиво, особенно когда все эти попытки с треском рушатся о случайные фразы и дружеские жесты. но надо же когда-то начинать учиться.

мой круг общения сузился до пяти человек, не включая коллег, и я даже не уверена, что хочу с этим что-то делать. мои социальные навыки, выходящие за пределы рабочего взаимодействия, стремятся к нулю, и это почти меня не волнует.

23:25 

я мучительно хочу тебя целовать. поэтому ухожу.
жизнь внезапно обещает больше огня ближе к лету. люди помнят меня, люди хотят меня учить и общать, и это так неожиданно и трогательно, что я просто не имею права отказаться.

- я обнимала тебя год назад..
- так это была ты?! давай, я теперь сам тебя обниму. невероятно...

если смотреть в глаза - тебя обязательно заметят, увидят, и заинтересуются. а ты продолжай смотреть, не отрываясь, и заставляй мучиться догадками, ибо что ещё остаётся, если это ты?.. молчать, да выбивать привилегию касаться плеча или пальцев в копоти, обнимать до хруста, перехватывать горящее на лету. а большего и не надо здесь. здесь только огонь и чистая энергия, ярость и злоба, вьющиеся возле тебя. приручённые и ласковые. и пламя, бушующее вокруг, пусть заглушает все лишние мысли, и танец, рождённый им, будет честным и ярким.

а в городе всё ещё холодно. после огня пальцы замерзают в перчатках до одеревенения, и некому согреть их в тёплой ладони. поэтому грею в карманах уже лёгкой парки, зябко пританцовываю кроссовками на закопчённой брусчатке, вдыхаю запах сгоревшего керосина, и надеюсь, что буду вечно.

22:37 

я мучительно хочу тебя целовать. поэтому ухожу.
некоторых людей порой хочется взять за голову, вынуть мозг, и хорошенько прополоскать под проточной водой. а лучше даже тщательно протереть чем-то стерильным. потому что сидеть и слушать тот бред, который они несут, невозможно. особенно, если ты не имеешь возможности просто встать и выйти посреди этого сумасшествия. а со всех сторон ему поддакивают люди, которые не читали в своей жизни ничего, кроме краткого содержания произведений скудной российской школьной программы, да постиков вконтакте. они и не понимают, в целом, о чём речь, но услышав знакомые слова, отзывающиеся где-то внутри чем-то непонятным, они просто не могут молчать. хотя, если этот преподаватель ещё хоть на одной лекции затронет тему гомосексуальности, я буду полностью уверена в его фиксации на этом вопросе. спасибо, дедушка Фрейд, все мы прекрасно знаем, откуда такие фиксации появляются..

а есть другие люди. которых хочется взять за голову совершенно с иной целью. потому что тактильный голод на такой стадии утолят только совершенно новые знакомые. свои, привычные, уже выучены на ощупь до мелочей. объятья всё так же приятны, конечно, но всё равно всё это не то. а просто так начать трогать и обнимать нового человека, к сожалению, не получается, хоть свежей крови вокруг всё прибавляется с поражающей скоростью. но надо пройти долгую стадию притирки и обнаружения границ чужой зоны комфорта, проникнуть в неё, и только тогда дело пойдёт. правда, все эти прелюдии и с учётом моих-то тараканов довольно длительны, а при наличии чужих - вообще затягиваются на неопределённый срок. и конечно, комплексы и нежелание навязываться сильно тормозят весь этот поезд. который, несомненно, куда-то приедет, но пока не ясно, куда именно.

18:16 

я мучительно хочу тебя целовать. поэтому ухожу.
всё, что есть у меня сейчас - это чёртово одиночество. не важно, насколько хороша я в работе, учёбе, или чём-то ещё, это всё не имеет смысла. меня накрывает панической атакой при любом неудобном случае, и единственное, что реально может помочь - это тёплые и крепкие чужие объятия. не дружеские, нет. родные. от человека, которому я смогу доверить все свои страхи и мысли, и он не сочтёт их пустыми или глупыми. я не хочу больше задыхаться от паники, ловя пульс в шее и запястьях. но я и не собираюсь бросаться на шею любому, кто проявит ко мне интерес. я не хочу больше заставлять себя полюбить кого-то. я хочу снова полюбить просто так. необъяснимо, горячо, и искренне.
главная проблема в том, что нет в моём окружении человека, которого я смогла бы так полюбить.
поэтому каждый раз и приходится натягивать маску беспечности и веселья. загонять свою слабость и боль куда-то подальше, стараясь не обращать внимания на тот сгусток энергии внутри, который зажимает желудок и лёгкие, который заставляет слёзы застревать в горле, не давая им вылиться. возможно, стало бы легче. но для этого, как и для всего, нужен катализатор. которого нет. есть только одиночество и страх, что оно будет вечным. из-за всех моих тараканов и острого нежелания размениваться на доступные варианты, вновь ломая себя и предавая свои же ценности.
я хочу целовать кого-то. хочу держать за руку, переплетая пальцы. обниматься всем телом, лёжа на диване и смотря фильмы. запускать руки в чужие волосы. поправлять чужую одежду. готовить вместе еду. спорить о всяких глупостях. готовиться к экзаменам, помогая друг другу. просыпаться раньше, и видеть, как утреннее солнце подсвечивает чьи-то ресницы и волосы, как лучи падают на глаза, заставляя хмуриться. видеть заспанный взгляд, полный нежности. видеть отражение заката в глазах. заниматься сексом так страстно и правильно, чтобы никому не приходилось притворяться. чувствовать себя важной и нужной.

оставь мне истину быть собой.

главная